В Большом театре поставили «Мазепу»

В Большом театре поставили «Мазепу»

Любовная лодка разбилась о незалежность Украины

Евгений Писарев, худрук театра имени Пушкина, поставил в Большом театре оперу Чайковского «Мазепа». Это третий заход драматического режиссера в Большой и четвертый — в оперный жанр. До сих пор Писарев ставил оперы веселые, комедийные, европейские. Здесь же столкнулся с совершенно иной эстетикой. «Мазепа» Чайковского синтезирует две важнейшие линии русской оперной традиции: безграничный лиризм и драматический историзм. Интегрировать их в единое целое автору спектакля помогали дирижер Туган Сохиев, художник Зиновий Марголин, хореографы Альбертс Альбертс и Ирина Кашуба, видеохудожник Анастасия Быкова, художник по костюмам Ольга Шаишмелашвили, художник по свету Дамир Исмагилов.

Фото: big.theater.

В кинокомедии Григория Александрова «Весна» есть культовый диалог в исполнении Фаины Раневской и Ростислава Плятта: «За что вы меня полюбили?» «За жилплощадь…» За что режиссеры драмы и кино любят оперу? За гонорары и мировое признание. Редко когда за музыку. Любили бы музыку — научились бы в свое время читать партитуры и играть на скрипке. Но хочется авторам драм и фильмов ступить на эту манкую территорию высоких смыслов, загадочных крючков на бумаге и впечатляющей оплаты труда.

Надо сразу сказать: Евгений Писарев — один из немногих мастеров драмы, кому на музыкальном поприще не только удалось избежать позора, постигшего большинство его коллег, но даже и достичь немалого успеха. Обе его предыдущие работы в Большом театре — два Фигаро, моцартовский и россиниевский — получились весьма изящными, остроумными и — что главное — вполне адекватными музыке.

И вот — Чайковский встал на пути его. Что делать с такой партитурой, где все всерьез и надолго? (Опера идет около 4 часов.) Где на русском языке поют пафосный текст типа «Мазепа, жди мщенья, злодей, ты вспомнишь этот мрачный день» — и так восемь раз? Где нет ни юмора, ни буффонады, ни иронии? Где переплетены драматические хоровые сцены и лирические арии и ансамбли? Где сентиментальность Петра Ильича, его слезы и экзальтация зашкаливают?

Не стану комментировать рефлексии режиссера по поводу этих сложных задач — он поделился ими в откровенных интервью накануне премьеры. Но факт есть факт: «Мазепа» Чайковского оказался не тем материалом, который дался постановщику легко и просто. Удивительно, что нелегко он дался и дирижеру, и певцам. Казалось бы, что может быть ближе русскому дирижеру Тугану Сохиеву, чем Чайковский? Однако оркестр поначалу не впечатлил выразительностью прочтения симфонизма великого композитора. Валторна пугала киксами, в первых сценах голоса тонули в гуще оркестровых звучаний. Во втором акте ситуация выправилась — баланс был найден. А оркестровый эпизод перед третьим актом прозвучал вполне драматично. Хотя не исключено, что этому способствовала сопровождающая его видеопроекция на огромном заднике — военные действия разных эпох вплоть до Второй мировой. Во многом общее ощущение от музыкального решения на высокую планку поднимал хор — в этом спектакле он показал себя во всей своей красе.

Исполнитель заглавной партии сербский баритон Желько Лучич, певец с прекрасным досье и серьезной карьерой, не предъявил вокальной мощи и харизмы, необходимых для создания образа коварного гетмана. Напряженный голос, неточность интонации, недостаточная кантилена — знаменитая ария во втором акте, пожалуй, не состоялась как лирическая кульминация оперы. В исполнении Елены Манистиной (Любовь) преобладали характерность и излишняя драматичность, которыми певица как будто прикрывала технические проблемы вокала. Анна Шаповалова (Мария) в целом справилась с партией, хотя и ей не вполне хватило той смеси страстности и нежности, которая отличает героинь опер Чайковского. Впрочем, надо отдать должное: финальную колыбельную обезумевшей от горя Марии молодая певица исполнила так трогательно и трагично, что вызвала слезы на глазах зрителей. Лучше всех в четверке главных персонажей оказался Станислав Трофимов в роли Кочубея — и вокально, и актерски он был убедителен и интересен. Порадовал прекрасным голосом, объемным и лиричным, украинский тенор Дмитро Попов (Андрей).

В своем прочтении истории, рассказанной Чайковским, Евгений Писарев отодвинул в сторону коллизию противоестественной страсти между юной невинной девушкой и агрессивным старцем. Хотя Чайковский написал оперу именно об этом — исторический антураж был для него контекстом, позволившим обострить личную трагедию персонажей. И это следует не столько из либретто, не из поэмы Пушкина «Полтава», послужившей основой для произведения композитора, сколько из музыки. Но, как уже говорилось, музыка для режиссеров, зашедших в оперу через драматический подъезд, не аргумент. А потому Писарев придумал внятную и очень впечатляющую — в этом ему помогли великолепные декорации Зиновия Марголина — историю о том, как Украина вечно пытается отстоять свою незалежность от москалей, чем провоцирует военные конфликты. И конфликты эти показаны публике во всех визуальных подробностях и эффектных картинах: первый акт — петровские времена, описанные Пушкиным, второй — период Гражданской войны в реалиях романа Булгакова «Белая гвардия», и, наконец, третий — сегодняшний день на выжженных улицах разбомбленного Донецка. Не сказать, что прием этот нов, — так делал, к примеру, Юрий Александров в «Пиковой даме» в Новой Опере, да и другие режиссеры. Но… идея работает — картинка впечатляет.

Ну а то, что лирика оперы разбилась о политическую концепцию, — так и ладно. Вон даже Шостакович когда-то говорил, что ему музыка Чайковского не особенно нравится, а потому ему за нее не обидно.

Источник: mk.ru

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *